Русский - значит носитель русского наследия
Cпециально для Русского Проекта

Различия между народами коренятся в глубочайшем законе бытия – каждая вещь, каждое явление имеет свою собственную историю. Будь то стеклянная ваза, автомашина или народ, неважно. Ваза когда-то была песком, который расплавили и затем обработали на заводе. Автомашину собрали из запчастей, каждая из которых была сделана в соответствии с одним проектом. Русский народ состоит из людей, каждого из которых когда-то научили говорить, думать и жить по-русски. У каждого явления бытия – своя история.
Человек гораздо сложнее вазы или автомобиля. Уже в утробе матери он начинает формироваться определенным образом, наследуя смешанные черты своих родителей. Едва он становится на ноги, как его характер уже показывает унаследованные от родителей свойства характера. И пока он растет, он усваивает от родителей жизненный опыт, унаследованный ими от предков.
Слово «наследие» для каждого человека – крайне важное.
Каждый народ существует путем передачи своего наследия от одного поколения к другому. От того, как будет передано наследие, как оно будет усвоено, сохранено и передано дальше, зависит существование народа. Утратив свое наследие, народ уже не будет самим собой, он станет другим народом или перестать быть вообще.
Круг признаков, составляющих наследие народа, определяет круг людей, относящихся или не относящихся к нему. Естественно, люди, не соответствующие наследию своего народа, самой природой вещей начинают отъединяться от него.
«Начинают» – потому что наследие слишком сложный и комплексный феномен, чтобы разрыв с ним мог произойти одномоментно. Наследие состоит из множества составляющих, которые невозможно нарушить все одновременно, хотя по одиночке их нарушает каждый из нас. Жизнь слишком сложна, чтобы втиснуть ее в простые схемы. Поэтому схемы приходится делать сложные.
Каковы же основные составляющие национального наследия? Это кровь (этнос, этнический характер нации), душа (национальная психология), историческая память (национальная культура), земля (национальная территория) и власть (аппарат национального самоуправления).
Кровь
Человек состоит из плоти и крови. Тело есть первое, что зримо возникает в утробе матери, и именно оно становится носителем всего остального – души, сознания и разума. Вследствие исторической обособленности народов у каждого из них есть собственные наиболее типичные телесные признаки.
Совокупность внешних телесных признаков, наиболее характерных для народа, составляет его этническое наследие.
Этнические признаки русской нации достаточно хорошо изучены и известны. Обладание ими означает этническую принадлежность к русской нации. Их видимое отсутствие или неполнота еще не означают непринадлежность к русской нации, потому что этническое наследие – лишь элемент национального наследия. Элемент важный, но не главный, так же как кровь является важной, но не главной частью человека как явления бытия. Тело – лишь бессловесное орудие души.
Душа
Психологии народов так же отличаются, как и их внешний вид. В каждом народе можно найти носителей любых психологических качеств, но у каждого народа есть свой набор наиболее часто встречающихся и, более того, культивируемых качеств. Если для одних наций более характерны, например, импульсивность, индивидуализм и конкуренция, то для русских более свойственны миролюбие, коллективизм, милосердие и терпение.
Передаваясь в крови, эти качества поддерживаются и воспитанием родителей, которые, как правило, поощряют в ребенке «русские» качества и осуждают «нерусские». И к периоду зрелости уже каждый русский понимает, что такое вести себя «по-русски» или «не по-русски». Подобно этому у абхазов есть понятие «апсуара» - «абхазство», и о тех соотечественниках, которые нарушают свои традиции, абхазы говорят – «в нем мало абхазства». Подобные же термины есть у каждой нации, которая заботится о своем самосохранении.
Совокупность традиционных психологических черт составляет психологическое наследие нации, или, иначе, ее душу. Возможно, что эта часть наследия является наиболее важной, так как определяет повседевное поведение каждого из нас, в том числе в самых важных жизненных ситуациях, и значит, поведение всей нации в целом. Но кроме психологии, национальное наследие обладает еще и накопленным историческим опытом, выраженным в достижениях культуры, науки и техники, а главное – в своей исторической памяти о том пути, которым она пришла к своему текущему состоянию.
Память
Можно ли быть русским, не зная ничего о древнем Киеве, о княжеских междоусобицах и монголо-татарском иге, о реформах Петра, войнах 19-го века и революциях 20-го? Скорее всего, можно. Но такое существование подобно существованию растения на песке – даже небольшая засуха грозит ему гибелью. Самое незначительное жизненное испытание грозит обрушить мировоззрение человека, перед мысленным взором которого не стоят образы его героических предков. И если память о князе Святославе, Матросове и Космодемьянской помогает быть героем, то наличие в национальной памяти таких образов, как Мазепа и Бандера, провоцирует лишь появление новых мазеп и бандер. Вспоминается бытовавшее на востоке выражение «да забудут его имя потомки», употреблявшееся в отношении неблагонравного человека.
Историческая память, выраженная в культурном наследии, играет роль почвы для национальной психологии. Обращаясь к культурному наследию своей нации, каждый человек обретает в нем свои корни, узнавая о том, как появился и сформировался его народ, через какие испытания ему пришлось пройти, чтобы выжить. В этом узнавании совершается национальная самоидентификация – осознание факта своей принадлежности к нации. А вместе с тем и всех последствий этого факта, в том числе даже международно-правовых.
Быть русским – значит иметь право на территории, отвоеванные когда-то русскими у врагов, даже если они впоследствии были отданы обратно. Быть русским – значит чувствовать боль, которую когда-либо испытала русская нация, будь то боль монголо-татарского ига, боль гражданской войны или боль Великой отечественной. Быть русским – значит и чувствовать ту радость, которую испытывала русская нация при вести о победе в ледовом побоище, освобождении на Угре или в Берлине 1945-го. В этой боли и радости проявляется феномен национального единства – единства ушедших, настоящих и будущих поколений, из которых состоит нация, потому что нация, как Бог, не различает мертвых и живых. Быть русским – значит уметь смотреть на мир и глазами славянских предков, и глазами Андрея Рублева, и глазами строителей БАМа. Да, это сложно. Русское культурное наследие становится сложнее и тяжелее с каждым годом, с каждым новым достижением искусства и науки, с каждой новой победой или поражением. Количество памятников, праздников и памятных дат, отмечающих и закрепляющих в национальной памяти важные вехи, постоянно растет. Что нам делать с этой тяжестью – вопрос отдельный. Возможно, по мере исторического развития между слагаемыми культуры будет происходить своеобразная ротация. Самые важные достижения и даты будут выходить на первый план, менее важные отходить на второй и третий, становясь интересными только для специалистов. Важно другое – вся эта масса сведений, являющаяся культурным наследием нации, составляет массив, играющий роль почвы для ее психологии.
Земля
Человек живет на земле. Чтобы жить, работать и рожать детей, нужна земля – земля для дома, для работы и для детских игр. Чтобы эту землю не отняли, ее надо защищать, иногда ценой своей жизни. Может показаться странным, что человек, защищая свою землю для себя, не останавливается перед тем, чтобы умереть; более того, иногда сознательно идет на смерть. Странным, если закрывать глаза на то, что не для себя защищает человек свою землю. А для своих детей, и для их детей, своих потомков. Для своего народа.
Земля, по которой мы сегодня ходим, на которой работаем, живем и отдыхаем – эта земля была когда-то освоена, много раз защищена и в конце концов передана нам нашими предками. Это территориальное наследие нации, исключительное право на которое принадлежит тем, кто сами принадлежат ей.
Наследие земли означает, что человек должен принять от предков свою землю, ухаживать за ней, пользоваться ей, защищать ее, как они, и как они – передать ее своим потомкам. Отказ от защиты своей земли, эмиграция в погоне за длинным долларом, и даже окурок, выброшенный в лесную траву – все это большие и маленькие, но нарушения национального наследия земли. Нити, разрыв которых постепенно ведет к разрыву с целым – со своим народом.
Власть
Власть есть аппарат управления жизнью народа на его земле. Вследствие сильно разросшегося разделения труда этот аппарат стал крайне необходим. Чтобы получить необходимые для существования блага, люди вынуждены обмениваться друг с другом результатами своего узкоспециализированного труда, и возникает денежная система, которую должен кто-то контролировать. Необходимость защищать от агрессоров большое количество населения приводит к созданию больших и сложных армий, которыми кто-то должен управлять.
Кто же это будет делать? Ведь «всем миром» не получается – народное собрание увязает в спорах и не может ни о чем договориться, в то время как запасы гниют, а враг уже у ворот. Приходится выбирать и выделять какое-то количество людей, вроде бы способных к управлению остальными, и добровольно им подчиняться – иначе они не смогут работать.
Так утрачивается идиллия, и появляется государственная власть. Когда государство маленькое, и его правитель живет с тобой в соседнем доме, его можно легко сменить, как только он тебе разонравится – достаточно собрать соседей по улице. Правда, у такого государства один минус – оно не может себя защитить.
Большое государство легко производит самые современные и мощные вооружения и легко себя защищает, нагоняя страх на менее массивных соседей. Но у него другой минус – власть в нем вынужденно раздувается вверх и вширь, и правители становятся недосягаемы до своего народа. Разделенные друг от друга сотнями ведомств и чиновничьих уровней, народ и власть теряют возможность общаться и перестают видеть друг друга в лицо. И это порождает неприятные чувства и у тех, и у других. Народу начинает казаться, что власть возгордилась и забыла о нем, а то и вовсе – предала и продала. Чиновник находится между молотом и наковальней – между начальством, требующим плановости и отчетности, и недовольными пенсионерами в очередях. Сознание собственной микроскопичности в составе гигантской машины государства не располагает чиновника к особому энтузиазму. А в это время верховная власть, тонущая в бумагах, каждую из которых совершенно необходимо рассмотреть и определить по назначению, в подковерной борьбе карьеристов, в противоречивых рекомендациях советников и экспертов, в самодеятельности десятков федеральных министерств и сотен ведомств, в претензиях и интригах иностранных государств, эта верховная власть, состоящая на самом деле из обычных живых людей, склонна под грузом своей ответственности терять из виду, что там, внизу, все еще ездят в трамвае и метро и зарабатывают свой, весьма скромный, хлеб большим трудом.
Все это, конечно, не способствует взаимопониманию и любви между народом и властью.
И тем не менее связь между ними, проявляющаяся в добровольном подчинении одних и служении других – это тоже Наследие. А именно, политическое наследие нации.
Когда-то варяги утвердились в Новгороде. Судя по восстанию Вадима, произошло это не совсем добровольно. Однако через некоторое время варяги начали нарекать своих детей славянскими именами, и вот уже Святослав ведет наших предков на Царьград, а Владимир крестит в Днепре; Ярослав с нами громит печенег, а Мономах – половцев, и именно русские князья, какие бы варяги они не были, первыми полегли, пытаясь остановить волну татаро-монгольской чумы. Как бы то ни было, но в 1613-м году русский народ избрал Михаила Романова и присягнул ему на верность, а в 1917-м смотрел, как большевики свергли и расстреляли Романова Николая, потом волей-неволей подчинился Ленину, затем – Сталину, Хрущеву и Брежневу. А в 2004-м более семидесяти процентов населения совершенно добровольно – чуть ли не с песнями – проголосовали за президента Путина.
Потому что народом кто-то должен управлять. И народ это понимает. И это понимание выражается добровольным подчинением своей власти, и это добровольное подчинение – одна из составляющих национального наследия. Тягло, которое родители передают детям по наследству, завещая хранить верность тому государству, за сохранение которого умирали отцы и деды. Тягло не всегда приятное, но необходимое. Власть никогда не бывает слишком хорошей. Особенно в большом государстве. Никогда не бывает такого, чтобы власть не было за что ругать. Очень редко народ всецело разделяет решения власти и поддерживает ее – чаще всего ее действия ему не совсем понятны, потому что он смотрит на мир не с вершины политического олимпа, а из угла своего дома. Но если не тянуть это тягло, государство развалится, нарушится управление, придут враги и заберут всё то, что дает сегодня возможность жить и радоваться жизни. Вспомните – «целили в коммунизм, а попали в Россию». А перед коммунизмом целили в самодержавие – с тем же результатом.
Вот почему Церковь устами Апостола говорит: «Всякая душа да будет покорна властям». Это вовсе не значит, что надо закрывать глаза на злоупотребления чиновников – такого Евангелие не предписывает. Если вы столкнулись с коррупцией, произволом и беспределом, с ними надо бороться, по одиночке и всем вместе, через суды, митинги, да как угодно. Но государственной власти – как системе управления своим государством, как политическому наследию своей нации – надо подчиняться.Таково в общих чертах русское наследие. Русский – тот, кто его несет. Кто его несет частично – уже немножко не русский. Кто отказывается от него совсем – совсем не русский. Но «совсем русских», увы, не бывает – все мы русские только более или менее, потому что нет среди нас совершенных, все мы несем свое наследие лишь частично. И именно поэтому мы очень нужны друг другу – потому что только в своем единстве мы можем погасить недостатки друг друга достоинствами друг друга. Воля к единству – последняя составляющая национального наследия.

Василий Ансимов

Материал опубликован на Rustrana.ru